Когда Ясунари вошел в комнату, его брат недовольно разглядывал получившийся рисунок, раздумывая, как его лучше подправить. Парень вздохнул, подошел к дивану и плюхнулся рядом с Аоми, прислушиваясь к писку измученных пружин. Не сказать, чтобы ему действительно было интересно, но Ясунари из любопытства заглянул в альбом, разглядывая пару ладошек, довольно мило смотревшихся в отдельности от тела.
- Что это? Каталог товаров в магазине для маньяков? - с кислой улыбкой поинтересовался он, не ожидая совершенно никакого ответа.
День проходил крайне скучно. В Сёдзае вообще очень редко случалось веселье, но сегодня чувство полной апатии к этой жизни буквально накрывало Ясунари с головой. И это ровно за день до фестиваля, который  ежегодно устраивался в деревне во имя Бога Урожая. Кстати, о фестивале...
- Черт! - воскликнул парень, осознавая то, что умудрился напрочь забыть о столь важном дне. - Минамото-кун! Я совершенно забыл сказать тебе... У нас ведь завтра фестиваль!

Ясунари задумчиво покрутил пальцем у виска.
- Так, фестиваль как фестиваль... Каждый год проходит.
Отвечая таким образом, он утаивал от Аоми тот факт, что на данный фестиваль не выбирался вот уже три года подряд, просиживая целый день в своей комнате. Это служило причиной для пересудов, по крайней мере, какое-то время. Черт его дернул рассказать парню про это мероприятие. Ведь наверняка он сейчас оживится, заинтересуется, захочет поприсутствовать при таком событии. А сам Кодзука даже понятия не имеет, есть ли в его доме хоть одно кимоно. Не приходить же на фестиваль в джинсах.
- Если тебе станет интересно, я могу рассказать, где это будет проходить, - с фальшивой улыбкой на лице произнес Ясунари, стараясь своим внешним видом дать понять, что сам он ни на какой фестиваль идти не собирается.

- Да нет там ничего интересно, - с известной долей скептицизма процедил сквозь зубы Ясунари, но тут же попытался перейти на более нейтральный тон. - Разве может в такой маленькой глухой деревеньке как наша быть что-то более-менее стоящее внимания? Только маленькое развлечение для местных жителей, не более того.
Сказав это, Ясунари отвернулся, не желая больше смотреть в сторону брата. Ему не очень была приятна мысль о том, что он должен будет спустя три года впервые появиться на этом фестивале. Только вот если прямо заявить об этом Аоми, то он начнет задавать всякие вопросы, которых, по возможности, хотелось бы избежать.
- Да и к тому же, я даже не уверен, есть ли нам во что одеться... Не в джинсах же на фестиваль ходить!
Теперь он чувствовал себя в какой-то мере удовлетворенным. Почему-то парню казалось, что он только что высказал крайне убедительную причину, по которой не должен и не станет покидать свой дом на следующее утро.

Столь неприкрытое оживление вызвало у Ясунари долю удивления. "Вот бы не подумал, что кого-то может настолько заинтересовать все это унылое веселье, - со вздохом подумал он. - Да и что такого в национальных костюмах? Вот китайские одежды еще куда ни шло, есть на что посмотреть, чему подивиться..." Проследовав за этой мыслью, Ясунари бросил взгляд на стопку журналов, стоящую на кособоком столике, прямо перед его глазами. Где-то там был интересный номер, в котором целых пять страниц посвятили китайским национальным одеяниям. Девушки в них казались раза в три краше. "Наверное, я не совсем правильный японец", - Ясунари усмехнулся своей мысли. И даже как-то стало немного приятно, по крайней мере, он наконец-то почувствовал себя хоть в чем-то "другим".
- Боже ты мой, сдались тебе эти кимоно... Даже если на чердаке и завалялось хоть что-то, то я сомневаюсь, что оно до сих пор сохранило хоть сколько-нибудь человеческий вид! В такой одежде мы только опозоримся.
Но несмотря на свое ворчание, Ясунари уже морально был готов сдаться. На его лице это было так явственно написано, что даже цикада не смогла бы не воспользоваться случаем. Поняв, что дал слабину, Ясунари деланно запротивился:
- Нет, нет, нет... Это гиблая затея. Тем более, ты рисовать собирался, а не по пьянкам шастать!

Отредактировано quest Kozuka Yasunari (2009-06-14 00:29:38)

Фамильярное поведение брата, о родственных связях с которым он узнал сравнительно недавно, немножко вгоняло в ступор. Ясунари довольно прохладно оттолкнул руку Аоми, но сам все же поднялся, лениво потянулся и апатично произнес:
- Да брось ты... В них небось уже пыль впиталась! К тому же, насколько я помню, свое я безнадежно испортил, а старое дедушкино мне очень велико... Смерть в балахоне и то выглядит эстетичней.
Пытаясь плоско отшучиваться, Ясунари все же сделал пару шагов к лестнице, ведущей на чердак. Он снова расценивающе оглядел брата - у того на лице было написано, что достанет кого угодно пока не добьется своего. Кодзука пожал плечами, вздохнул, показал Аоми жестом, чтобы ждал внизу, и полез на чердак.
"Как давно я тут не бывал?"
- Ааааапчхиии!
"Ах, значит, вот так давно..."
Парень с трудом преодолел завесу пыли, чувствуя себя жертвой как минимум газового баллончика. Особо вникать в обстановку столь запущенного помещения как-то не хотелось, поэтому Ясунари просто отыскал на ощупь ящик с одеждой и, подхватив его за один краешек, потянул на себя, стараясь не дышать. Спустя всего пару минут, он уже спускался обратно в комнату, неся незаурядный трофей. Коробка оказалась довольно объемной и, соответственно, тяжелой, посему заметно оттягивала руки.
- Вот. Большего, увы, я для тебя сделать не могу. Сам разбирайся со всем этим кошмаром.
Он одним глазком глянул на коробку, усмехнулся, заметив старые платья своей матери, которые та носила еще в молодости, до того, как родился Ясунари. Не факт, что тут есть хоть одно кимоно. Может, Аоми помучается с этими вещами и отчается? Вот было бы хорошо, если бы после подобного разочарования вся его бурная деятельность по поводу фестиваля свернулась...

Сложив руки на груди, Ясунари безо всякого интереса поглядывал на то, как Аоми пытался отыскать среди груды вещей хоть что-то похожее на кимоно. Парень и сам не мог сказать, почему был настолько уверен, что его брат ничегошеньки там не найдет. После этого, должно быть, Ясунари на всю оставшуюся жизнь разочаровался в своей интуиции. Тем не менее, пока Аоми рылся в коробке, Ясунари гаденько ухмылялся, предвкушая долгожданную победу.
Когда Аоми выудил нечто, более-менее напоминающее кимоно своей формой, Ясунари готов был раздосадованно закричать "неееет". Только бесконечными усилиями воли удалось ему сдержать этот страшный выкрик где-то на подходе к горлу. Выкрик был таким назойливым, что Ясунари пришлось даже приложить к горлу руку, стараясь не выпустить его и впредь.
Теперь он уже крайне недовольно наблюдал за тем, как Аоми примерял на себя кимоно.
- Сидит как влитое! Осталось найти что-нибудь для тебя!
При этих словах брата, Ясунари всего даже передернуло и он на автомате попятился назад, спиной врезаясь в лестницу, ведущую на чердак.
- Эй-эй-эй! Так мы не договаривались! - Ясунари бешено замахал руками, будто делал знак на посадку самолета. - Ой, что-то у меня живот разболелся, боюсь, до завтра он не пройдет...
Картинно схватившись за живот обеими руками, Ясунари привалился спиной к лестнице и съехал по ней вниз, больно ударяясь спиной о каждую перекладинку и вскрикивая от этого. Ну вот, не хватало еще заноз нахватать! Да и синяки могут после такого остаться...
- Больно... - парень потер ушибленный бок. - Да и, к тому же, мне ни одно кимоно не пойдет, я знаю. Смотрюсь в них, как смерть в балахоне...
И он растянул губы в кривой улыбке, будто давал понять, что это он так пошутил.